Сестры делили одну комнату на двоих, тайком красили друг у друга косметику и могли разбудить друг друга ночью, просто чтобы поболтать.
А потом случилось то, что рано или поздно случается во многих семьях. Глупая ссора из-за парня, которая переросла в многолетнее молчание.
Пять лет Катя и Оля жили в одном городе, но делали вид, что другая умерла. Не звонили, не поздравляли с праздниками, не приходили на дни рождения племянников.
А потом маме стало плохо прямо на улице, и скорая увезла ее в реанимацию. И пришлось вспомнить, что они не просто две обиженные женщины, а сестры.
Катя, расскажите, с чего началась ваша ссора с сестрой? Из-за чего можно не разговаривать пять лет?
Вы будете смеяться. Из-за мальчика. Из-за обычного мальчика, который даже не стоил наших мизинцев. Мы учились в институте, Оля встречалась с парнем, а он вдруг начал оказывать мне знаки внимания. Я ему ничего не позволяла, честно. Но он писал мне сообщения, звал гулять, а я не рассказывала сестре, потому что не знала, как сказать.
Она узнала случайно, увидела переписку в моем телефоне. Устроила скандал, обвинила меня в предательстве. Я пыталась объяснить, что я не виновата, что он сам лезет. Но она не слушала. Наговорили друг другу такого, до сих пор вспоминать страшно. Она сказала: «Ты мне больше не сестра». Я ответила: «И не надо». И все. Пять лет.
За эти пять лет были попытки помириться?
С моей стороны были. Первый год я звонила, писала, пыталась объясниться. Она сбрасывала звонки, не отвечала на сообщения. Потом я плюнула. Думала: ну и живи как хочешь. Я тоже гордая.
Мы жили в соседних районах, могли случайно встретиться в магазине или в метро. Один раз я видела ее с коляской, с племянником, которого ни разу не держала на руках. Сердце разрывалось, но я прошла мимо. Думала: она мать, могла бы первой шаг сделать. А она, наверное, думала так же про меня.
Как вы узнали, что мама в больнице?
Мне позвонил отец. Голос дрожит, говорит: «Маму увезли на скорой, сердце. Приезжай скорее». Я сорвалась с работы, примчалась в больницу. Сижу в коридоре, жду, когда врачи выйдут. И тут открывается дверь лифта, и выходит Оля.
Мы встретились глазами. И обе замерли. Пять лет. Пять лет мы не видели друг друга живьем. Она похудела, под глазами круги. Я, наверное, выглядела не лучше.
Кто сделал первый шаг?
Она. Оля подошла, села рядом. Просто села на скамейку вплотную. Мы сидели и молчали. Потом она сказала: «Как мама?». Я ответила: «Не знаю, врачи пока молчат». И все. Больше ничего не надо было говорить.
Мы просидели так часа два. Рядом, молча. Иногда я смотрела на нее и вспоминала наше детство. Как мы боялись темноты и спали в одной кровати. Как она защищала меня от дворовых мальчишек. Как мы вместе готовили маме подарки на восьмое марта. И мне становилось физически больно от того, что мы потеряли.
Когда врачи вышли, что было дальше?
Врач сказал, что маму прооперировали, что она будет жить, но нужен долгий уход. Мы обе выдохнули. А потом Оля повернулась ко мне и сказала: «Пойдем кофе выпьем? Тут автомат в коридоре».
Мы пошли пить этот дурацкий кофе из пластиковых стаканчиков. И вдруг начали говорить. Не про ссору, не про того парня, который давно уже женился на другой и уехал. Про жизнь. Про то, как она с мужем, про мою работу, про детей. Оказалось, что мы обе скучали. Обе думали друг о друге. Обе не знали, как сделать первый шаг.
Вы извинились друг перед другом?
Она сказала: «Прости меня, дуру. Я наговорила тогда лишнего». Я ответила: «И ты меня прости. Надо было сразу все рассказать, а не тянуть». Мы обнялись прямо в этом коридоре, и обе плакали. Санитарки смотрели на нас как на сумасшедших.
Потом зашли к маме. Она еще была слабая, но когда увидела нас вместе, улыбнулась и сказала: «Наконец-то. Я уже думала, не дождусь». Мы держали ее за руки и обе молчали. Но это было хорошее молчание.
Как сейчас складываются ваши отношения?
Мы снова сестры. Не так, как в детстве, конечно. Мы уже взрослые, у каждой своя жизнь, свои семьи. Но мы созваниваемся каждую неделю, встречаемся по выходным, я нянчусь с племянником, она приходит ко мне в гости. Мама говорит, что это лучшее лекарство для нее.
Недавно я перебирала старые фотографии и нашла наше детское фото. Мы стоим обнявшись, смеемся. Я поставила ее на заставку в телефоне. Оля увидела, засмеялась и сказала: «Какие же мы были дуры». Да, дуры. Но главное, что поняли это не слишком поздно.
Что бы вы посоветовали тем, кто сейчас в ссоре с близкими?
Позвоните сегодня. Прямо сейчас. Не ждите, когда случится беда. Потому что беда может не дать вам шанса помириться. Маме могло стать плохо на пять минут раньше, когда никого не было рядом. И мы бы всю жизнь потом себя корили.
Гордость — это всего лишь гордость. А сестра — это навсегда. Даже если вы не разговариваете, она все равно ваша кровь. И когда приходит настоящая беда, вы это чувствуете. Не доводите до беды. Позвоните и скажите: «Я скучаю. Давай поговорим». Это стоит того, поверьте.
Автор: Елена Гутыро
