Ольга с детства знала, что её мать — хирург с тридцатилетним стажем.
В их семье не принято было спорить с медицинским авторитетом матери.
Мать каждый вечер за ужином рассказывала о бессонных дежурствах и бюрократическом аде в поликлиниках.
Когда Ольга в десятом классе заявила, что тоже хочет поступать в медицинский, мать сначала не поверила.
Потом мать разозлилась, а затем объявила дочери холодный бойкот, который длился два года.
Ольга всё равно сдала экзамены, поступила и сейчас учится на втором курсе.
Мать до сих пор не разговаривает с ней, считая, что дочь совершила личное предательство.
Ольга, расскажите, как звучала первая реакция матери, когда вы сказали, что хотите стать врачом?
Мать сидела за столом с чашкой чая и даже не подняла головы.
Она спросила: «Ты видела, во сколько я прихожу с работы?».
Я ответила, что видела, но меня это не пугает, а наоборот, вдохновляет.
Тогда она очень спокойно, почти без эмоций сказала: «Ты не представляешь, что это за работа».
Она не кричала и не угрожала, и это спокойствие оказалось страшнее любых скандалов.
Почему мать так категорически возражала против вашего выбора, ведь она сама врач?
Она говорила, что видела сотни молодых специалистов, которые сгорели на работе за первые пять лет.
Она рассказывала про низкие зарплаты, про хроническую усталость и про то, что пациенты часто неблагодарны.
Она боялась, что я не выдержу этого груза и сломаюсь, а потом буду винить её за то, что не предупредила.
Но главная причина, как я поняла позже, была в другом: она не хотела видеть во мне конкурентку.
В больнице, где она работает, к детям своих сотрудников всегда присматриваются, и ей было бы неловко, если бы я оказалась слабее.
Что значит её фраза «Ты не поступишь так со мной» и какой смысл она вкладывала в эти слова?
Она имела в виду, что я не имею права идти по её стопам, потому что это её территория и её путь.
Она считала, что я должна выбрать что-то другое, например, педагогику или экономику, где не буду с ней пересекаться.
Для неё мой выбор был актом неуважения, попыткой занять её место или доказать, что я лучше.
Она говорила: «Я всю жизнь положила на эту профессию, а ты хочешь просто прийти и взять готовое».
На самом деле она просто боялась, что я превзойду её, и это больно ударит по её самолюбию.
Как изменилась ваша жизнь после того, как вы всё-таки подали документы в медицинский?
Мать перестала со мной разговаривать полностью, даже на бытовые темы вроде ужина или стирки.
Мы жили в одной квартире, но она делала вид, что меня не существует.
Я готовила себе сама, стирала свои вещи и сама решала все проблемы с документами и репетиторами.
Поддержки в моральном плане не было никакой, и я чувствовала себя очень одиноко.
Но в то же время эта изоляция дала мне невероятную мотивацию доказать, что я способна справиться без её помощи.
Вы пытались поговорить с отцом или другими родственниками, чтобы они повлияли на мать?
Отец всегда был молчаливым наблюдателем и боялся перечить матери.
Он говорил мне: «Сама разбирайся, в ваш женский конфликт я лезть не буду».
Бабушка была на моей стороне, но мать объявила и ей бойкот, когда та попыталась вмешаться.
Друзья семьи советовали уступить, чтобы сохранить мир, но я понимала, что уступлю сейчас — уступлю всю жизнь.
Как вы поступили, когда получили заветное письмо о зачислении, и что сказала мать?
Я положила письмо на кухонный стол, чтобы она увидела, когда вернётся с работы.
Она прочитала, положила письмо обратно и сказала только: «Ну и живи как знаешь».
Ни поздравлений, ни объятий, ни хотя бы улыбки не было.
Я сняла комнату в общежитии и уехала через неделю, чтобы не видеть её холодного лица каждый день.
Мы не общаемся до сих пор, и она даже не знает, какие у меня оценки и как я сдаю сессии.
Сейчас вы жалеете о своём выборе или считаете, что поступили правильно?
Я не жалею ни одной секунды, потому что учусь тому, что люблю, и чувствую, что это моё призвание.
У меня есть отличные преподаватели и друзья, которые поддерживают меня лучше, чем родная мать.
Я жалею только о том, что мать так и не смогла перешагнуть через свою гордость и обиду.
Я не злюсь на неё, но и не пытаюсь помириться, потому что первый шаг должна сделать она.
