Единый государственный экзамен появился в России не случайно — он должен был разрубить гордиев узел из коррупции, репетиторства и недоступности столичных вузов для провинциалов.
Об этом в интервью РИА Новости рассказал Владимир Филиппов, возглавлявший Минобразования в 1998–2004 годах и стоявший у истоков реформы.
По словам Филиппова, в 1990-х сложилась чудовищная ситуация: абитуриенты из регионов вынуждены были ехать за тысячи километров, чтобы сдавать экзамены в один-единственный вуз. «У семей просто не было средств на такие поездки», — констатирует экс-министр.
В итоге престижные университеты Москвы, Питера, Казани и Новосибирска превратились в вотчины для местных жителей .
Вторая причина — расцвет коррупции на почве репетиторства. При каждом вузе открылись платные курсы, которые абитуриенты обязаны были посещать. Преподавали на них те же педагоги, которые затем принимали вступительные экзамены. Система работала как часы: хочешь поступить — плати .
Третьей задачей стало создание единого измерителя знаний. Школьная программа и вузовские требования существовали в параллельных вселенных, и разрыв между ними необходимо было ликвидировать .
Сегодня, спустя два десятилетия, ЕГЭ по-прежнему остается главным камнем преткновения в образовательных дискуссиях.
Но, как напоминает Филиппов, задумывался он как инструмент социального лифта — чтобы талантливый ребенок из глубинки мог учиться там, где хочет, а не там, где позволяют кошелек или связи .
Автор: Валерия Кистерная
