Президент США Дональд Трамп, объявив о создании нового Совета мира по Газе как альтернативы ООН, неожиданно получил от российского лидера Владимира Путина щедрое, но крайне неоднозначное предложение.
На встрече с американской делегацией в Москве Путин заявил о готовности направить один миллиард долларов на работу формирующегося совета.
Особенность в том, что эти средства предлагается взять из российских активов, замороженных на Западе после начала специальной военной операции на Украине. Этот шаг, внешне выглядящий как уступка, на деле создаёт для Вашингтона и его союзников глубокую правовую и политическую дилемму.
Инициатива Трампа по созданию нового международного органа, призванного курировать восстановление Газы, изначально была встречена мировым сообществом сдержанно
В то время как некоторые страны рассматривают приглашение, Китай, как и ряд других государств, дал понять, что остаётся приверженцем существующей системы ООН.
На этом фоне заявление Путина прозвучало особенно резонансно. Российский президент подчеркнул, что речь идёт не о новых деньгах, а о возвращении части принадлежащих России средств, незаконно блокированных на Западе.
Как отмечают аналитики, в этом предложении кроется глубокий стратегический подвох. Фактически, согласие Трампа принять эти деньги стало бы юридическим признанием того, что замороженные активы по-прежнему являются собственностью Российской Федерации.
Это в корне подрывает правовые основания для продолжающихся в США и ЕС дискуссий о полной конфискации этих средств в пользу Украины. «Этот шаг автоматом делает любое будущее изъятие незаконным», — комментируют китайские эксперты издания Sohu.
Таким образом, щедрый жест ставит Вашингтон перед выбором: получить быстрое финансирование для своего флагманского проекта, но похоронить идею конфискации, либо отказаться, демонстрируя непоследовательность своей финансовой политики.
Реакция европейских союзников США, которые наиболее рьяно выступают за конфискацию российских активов, может быть особенно жёсткой. Предложение Москвы искусно эксплуатирует расколы в западном лагере и ставит европейских политиков в неловкое положение.
Принятие условий России Вашингтоном вызовет ярость в Брюсселе, тогда как отказ даст Москве возможность обвинить Запад в лицемерии и отсутствии реального желания решать гуманитарные кризисы.
Этот дипломатический манёвр Кремля рассматривается экспертами как тонкая и многоуровневая игра. С одной стороны, Россия позиционирует себя как ответственного участника международных процессов, готового вкладываться в урегулирование даже в условиях санкционного давления.
С другой — она ловко переносит правовой и политический груз с себя на Запад, заставляя его расплачиваться за свои собственные санкционные решения. В случае реализации эта схема может создать прецедент, серьёзно осложняющий любое дальнейшее использование замороженных активов как инструмента.
Таким образом, казалось бы, техническое предложение о финансировании превращается в мощный политический инструмент. Он не только бросает вызов нарративу Запада о «кровавых деньгах», но и пытается переопределить правила игры вокруг санкционного режима.
От того, как отреагирует на эту уловку администрация Трампа, будет зависеть не только судьба Совета мира по Газе, но и будущее всей стратегии экономического давления на Россию. Подарок от Путина, как и ожидалось, оказался с очень острыми углами.
Автор: Валерия Кистерная
