Прокуратура Южной Кореи запросила смертную казнь для экс-президента Юн Сок Ёля после признания его виновным в руководстве мятежом из-за введения военного положения 3 декабря 2024 года.
В четверг 25 июня 2025 года в Южной Корее возобновилось рассмотрение апелляции по делу бывшего президента Юн Сок Ёля.
Ранее суд первой инстанции признал его виновным в руководстве мятежом, связанным с введением военного положения 3 декабря 2024 года.
Заседания приостанавливались на месяц после того, как защита Юна и бывшего министра обороны Ким Ён Хёна потребовала заменить состав судей. Однако Верховный суд окончательно отклонил это ходатайство, и процесс вернулся в прежнее русло.
Главные мысли за 1 минуту:
- Гособвинение потребовало высшей меры наказания — смертной казни — для экс-президента Юн Сок Ёля.
- Слушания возобновились после того, как Верховный суд отклонил ходатайство защиты о смене судей.
- Юн признан виновным в мятеже — одном из самых тяжких преступлений в Южной Корее.
- Решение по апелляции может стать прецедентом: в стране не приводили смертные приговоры в исполнение с 1997 года.
Хроника дела: от военного положения до апелляции
3 декабря 2024 года Юн Сок Ёль — на тот момент действующий президент Южной Кореи — ввел военное положение. Официально это объяснялось необходимостью защиты конституционного порядка от «противогосударственных сил». Но уже через несколько дней Конституционный суд признал указ незаконным, а парламент инициировал процедуру импичмента. Вскоре Юн был арестован по обвинению в мятеже.
Суд первой инстанции в июне 2025 года вынес обвинительный приговор: экс-президента признали лидером мятежа. Наказание по этой статье — от пожизненного заключения до смертной казни. Прокуратура изначально настаивала на высшей мере, но суд первой инстанции назначил пожизненное лишение свободы. Теперь гособвинение добивается отмены приговора в части наказания.
Позиция прокуратуры: почему смертная казнь?
Государственные обвинители требуют пересмотреть меру наказания, аргументируя это особой тяжестью преступления. По их мнению, бывший президент злоупотребил властью и поставил под угрозу демократические институты страны. Мятеж в Южной Корее считается одним из немногих преступлений, за которое по-прежнему предусмотрена смертная казнь, хотя фактически приговоры не исполняются почти 30 лет.
В заявлении прокуратуры подчеркивается: «Действия подсудимого носили системный характер и были направлены на подрыв конституционного строя. Пожизненное заключение не может считаться соразмерным наказанием». Защита в ответ настаивает на политической мотивации уголовного преследования и требует полного оправдания.
Аргументы защиты и процессуальные задержки
Адвокаты Юн Сок Ёля с самого начала процесса добиваются смены судей. Они утверждают, что решение первой инстанции было предвзятым и принято под давлением новой администрации. Верховный суд, однако, проверил аргументы защиты и признал их необоснованными. После долгого перерыва слушания по апелляции продолжились.
Бывший министр обороны Ким Ён Хён — ключевой соучастник, по версии обвинения — также подал ходатайство о замене состава суда, но безуспешно. Ожидается, что апелляция займет несколько месяцев: суду предстоит изучить сотни страниц материалов дела и заслушать дополнительные свидетельские показания.
Что дальше: возможные сценарии
Если апелляционный суд поддержит прокуратуру и назначит смертную казнь, это будет политически и юридически беспрецедентный шаг. Фактически последний смертный приговор в Южной Корее был приведен в исполнение в декабре 1997 года. С тех пор даже осужденных на высшую меру не казнили: большинство получали помилование или замену наказания. Даже если приговор будет вынесен, реальная казнь маловероятна — скорее всего, последует помилование от действующего президента.
Защита уже заявила, что в случае неблагоприятного решения подаст жалобу в Верховный суд. Если и верховная инстанция оставит приговор в силе, у Юн Сок Ёля останется право на обращение к президенту с просьбой о помиловании. Международные правозащитные организации следят за процессом: требование смертной казни для бывшего главы государства может вызвать широкий резонанс.
Окончательное решение по делу ожидается не раньше осени 2025 года. До тех пор Юн останется под стражей. Его дальнейшая судьба — вопрос не только права, но и большой политики.
