Классическая картина будущего Земли долгое время выглядела безоговорочно мрачной — через пять миллиардов лет раздувшееся Солнце должно было неминуемо поглотить планету.

Однако эта аксиома подверглась серьёзной ревизии.

Международный коллектив учёных представил расчёты, рисующие куда более осторожную перспективу: у Земли есть шанс уцелеть.

космические планеты
Фото: ТУТ НЬЮС / космические планеты

Традиционно считалось, что на стадии красного гиганта усилившиеся приливные силы станут неумолимо стягивать внутренние планеты к звезде.

Новые же вычисления, напротив, демонстрируют, что прежние астрофизические модели переоценивали мощь приливного торможения. Исследователи пришли к заключению, что динамика гигантов заметно мягче, чем предполагалось ранее.

Невидимый противовес: как утекающая масса отодвигает орбиту

Ключ к пересмотру судьбы Земли кроется в процессе потери массы звездой. Вступая в фазу красного гиганта, Солнце начнёт интенсивно сбрасывать внешние слои, существенно уменьшая собственное гравитационное притяжение. Это ослабление способно компенсировать спиральное сближение и позволить орбите планеты расширяться. Для уточнения параметров такого «звёздного похудения» астрономы обратились к звезде L2 Кормы — ближайшему известному аналогу стареющего Солнца, чьи характеристики стали естественной лабораторией.

Благодаря наблюдениям за L2 Кормы удалось значительно точнее оценить, насколько активно светило будет терять вещество в процессе эволюции. Эти данные напрямую повлияли на выводы: орбитальный дрейф Земли может удержать её за пределами смертоносной оболочки.

Планетарный водораздел: спасутся не все

Несмотря на обнадёживающий расклад для Земли и Марса, двум ближайшим к Солнцу мирам повезёт куда меньше. Меркурий и Венера практически обречены — их тесные орбиты неминуемо пересекутся с расширяющейся плазменной сферой, и планеты будут поглощены ещё до того, как у звезды проявятся эффекты потери массы. После завершения красного гиганта Солнце, лишившись внешних слоёв, сожмётся в белый карлик — сверхплотный горячий остаток, которому предстоит медленно остывать и тускнеть на протяжении миллиардов лет.